«В Edison Space главное — сообщество, среда, которая помогает зарабатывать и развиваться» — Разом!

«В Edison Space главное — сообщество, среда, которая помогает зарабатывать и развиваться»

Юлия Шаповалова, Edison Space

Информационный центр «РОЗВИТОК» продолжает рассказывать о запорожских предпринимателях, которые не только добиваются личного успеха, но и делают значительный вклад в развитие всей громады. Сегодня наш гость Юлия Шаповалова, сооснователь коворкинга Edison Space.

Коворкинг Edison Space открылся без малого год назад, и практически сразу стал заметной частью города — местом, где можно работать, проводить встречи, отдыхать, учиться и учить других. С Юлией Шаповаловой мы поговорили о первых шагах команды коворкинга и запланированных изменениях, нужны ли Запорожью коворикинги (новые и вообще) и как будут подобные «свободные пространства» эволюционировать в будущем.

— Юлия, лучший коворкинг или подобное «свободное пространство», в котором Вы когда-либо и где-либо были? Помимо Edison Space, конечно.

— Когда мы ещё только решили организовывать наш коворкинг, мы очень вдохновились одесским хабом — Impact Hub Odessa. Они ежегодно проводят Social Camp — встречу разных активистов со всей страны с мастер-классами и тренингами. Там можно познакомиться не только с общественными деятелями, но и с предпринимателями. Я на Social Camp езжу три года подряд. Причём в первый год я была участником, а в прошлом году и в этом — уже спикером.

Юлия Шаповалова, Edison Space
Юлия Шаповалова, Edison Space

В Impact Hub Odessa очень вдохновляющая обстановка: постоянное движение, люди, молодежь, жизнь. Хочется творить! Тогда и возникло желание создать такое же место в Запорожье. Мы с Никитой Щербиной (также сооснователь коворкинга Edison Space, — прим. авт.) уже проводили в Запорожье тренинги, семинары, различные мероприятия, но своего места у нас не было. Мы подумали, что если мы откроем коворкинг, там сможем работать мы, наши сотрудники, молодые предприниматели, но при этом создадим место, куда будут ходить люди.

Ещё понравился киевский Hub 4.0. Поразил своим масщтабом: видно, что были большие инвестиции. 3 этажа, 4000 кв.м, всё стильное, современное. Я приехала туда через 3 месяца после их открытия, сказала, что хочу арендовать у них помещение для проведения мероприятия. Приятно было, что администратор уделил мне столько времени, сколько было нужно: полчаса проводил экскурсию по всему хабу, всё показал. Понравились и стиль, и атмосфера, и отношение. Мы решили, что у нас будет так же: теперь каждому новому посетителю Edison Space мы проводим экскурсию по всему коворкингу.

— Не является секретом, что старт коворкинга случился благодаря гранту USAID. Зачем это американцам? И была ли поддержка не только финансовая, но и экспертная, менторская?

— Начну с ответа на второй вопрос: нам помогал наш друг и партнёр Виталий Ивахов, владелец компании «100% интерьер». Еще до подачи заявки на грант USAID, мы рассматривали коворкинг только как бизнес-проект: провели маркетинговое исследование, составили бизнес-план, начали искать инвестора. Пришли к Виталию Ивахову, спросили, готов ли он инвестировать. Он сказал: «Классный бизнес-план, хорошие расчёты, отличная идея, вы молодцы. Но денег нет». И с того момента он полностью нас поддерживал как ментор. Помогал искать других инвесторов; помогал с дизайном, когда уже был ремонт; сделал скидку на мебель.

Мы получили финансовую поддержку в рамках проекта USAID UCBI — «Українська ініціатива зміцнення громадської довіри», цель которого — снижение негативных последствий конфликта на востоке Украины, улучшение экономического климата.

Это частый вопрос: Зачем доноры дают деньги? Тем более, что речь идёт о безвозвратных инвестициях, фактически о «подарке» на нашу работу и наш стартап. Необходимо понимать: грантодатели (фонды, крупные организации) имеют свои цели в определённых сферах и направлениях — и они «нанимают» общественные организации для достижения этих целей. В свою очередь доноры тратят не свои средства, а средства, которые им жертвуют физические лица, компании. И тут мы уже подходим к вопросу, почему вообще люди жертвуют. Например, сейчас мы сотрудничаем в нескольких проектах с фондом «Всемирная еврейская помощь». Иудеи по Торе должны жертвовать 10% своего дохода. Кроме того, у кого-то из жертвователей «Всемирной еврейской помощи» родственники из Украины — и он хочет помогать своим «корням». Точно так же действует канадская диаспора украинцев.

— Объективно говоря, удалось бы «поднять» такой проект только вашими с Никитой силами — без грантовой помощи?

— Конечно, нет. Мы около года безуспешно искали инвестора. Таких средств у нас не было. Если бы мы не получили грант, мы бы не смогли открыть коворкинг. Или это было бы намного позже — когда мы сами заработали бы достаточно денег для вложений.

— Сейчас Edison Space — уже чистый бизнес-проект, бизнес с социальной составляющей, социальный проект с бизнес-перспективами?

Юлия Шаповалова, Edison Space
Юлия Шаповалова, Edison Space

— Edison Space — социальное предприятие, имеет социальную направленность, мы поддерживаем предпринимателей. Прибыль вкладываем в нашу же деятельность: либо непосредственно в развитие самого пространства, либо в другие наши проекты. Например, у доноров есть требование, чтобы в грантовом проекте был собственный вклад организации. Этот наш вклад формируется из прибыли Edison Space.

Владимир Колесник, владелец запорожского Dream Hostel, будучи у нас на интервью, говорил: не стоит сомневаться в заполненности качественного современного хостела на 50 мест в таком большом городе, региональном центре с активным бизнесом. Мол, спрос на самом деле намного выше предложения. Edison Space огромен в сравнении с другими «свободными пространствами», но не кажется ли Вам, что и он слишком мал (или его одного слишком мало) на город с 600-800 тысячами жителей?

— Когда мы открывались, многие говорили: «Открывать коворкинг в Запорожье? Это никому не надо. Нет столько фрилансеров, люди открывают свои офисы либо работают в тайм-кафе».

Тем не менее, грант был рассчитан только на срок до открытия коворкинга — и после этого Edison Space обеспечивает сам себя.

Наша первая бизнес-модель: чтобы главным источником дохода была плата за аренду персональных рабочих мест (их у нас 50) — не оправдала себя. Это была наша гипотеза и предположение. Как показал опыт, больше дохода приносит аренда помещений под тренинги и семинары, а также наши собственные мероприятия.

— В февральском интервью, то есть через пару месяцев после открытия, Никита Щербина говорил о 20 постоянных резидентах. Сколько их сейчас? Кто эти люди?

— Это всё так же около 25 человек. Дизайнеры, айтишники — все, у кого работа связана с интернетом. Те, у кого работа связана с переговорами и звонками, в Edison Space не работают — им тут некомфортно, и другим некомфортно рядом с ними. В рабочее время мы поддерживаем тихую спокойную рабочую обстановку. Ещё одна категория, которой здесь удобно работать — HR-специалисты.

— В том же интервью Никита называл IT-HUB по сути единственным вашим конкурентом на «поле» именно коворкингов, вторым из двух коворкингов города. Теперь IT-HUBа нет. Если рассуждать объективно, по Вашему мнению, почему у этого хаба не получилось?

— Когда мы открывались, мы понимали, что недостаточно открыть место — даже современное, модное, красивое. Это место нужно наполнить жизнью. Мы должны были давать посетителям что-то полезное и интересное. Мы были сосредоточены на мероприятиях, которые сами же придумывали и организовывали. Так и получилось: тут была жизнь, люди приходили, получали что-то полезное и оставались.

IT-HUB позиционировал себя именно как коворкинг, частых мероприятий они сами не проводили, резиденты в коворкинг не потянулись. Также я думала, что они как IT-HUB соберут вокруг себя сообщество айтишников. Во-первых, это лучшая аудитория для коворкинга. Во-вторых, отлично, когда коворкинг имеет узкую направленность. Но и на этом акцент не был сделан.

— Годовщина традиционно считается временем подведения итогов и корректировки планов. Что изменится в Edison Space после дня рождения?

Юлия Шаповалова, Edison Space
Юлия Шаповалова, Edison Space

— Время пролетело очень быстро, не можем поверить, что уже год прошел. Мы всё время учимся. Раньше я думала, что есть молодые и неопытные предприниматели, которые постоянно делают ошибки, а есть опытные и умные, у которых получается всё.

Но недавно мы проводили «Конференцию 404. fails & errors», где предприниматели рассказывали о своих провалах: «Я терял деньги, я совершал ошибки, я вкладывал не туда, я расходился с партнерами». Так что у всех есть проблемы и сложности. Вопрос в том, как ты их преодолеваешь: отчаиваешься и опускаешь руки, или идёшь дальше.

Мы это поняли во время открытия коворкинга. 9 месяцев падали, вставали, снова падали и снова вставали.

Что касается нововведений, мы пересмотрим тарифы для посетителей и резидентов. Скорее всего, будем вводить абонементы не на календарный месяц, а на количество посещений — как в спортзалах. Оказалось, что многим так удобнее.

Планируем в будущем сконцентрироваться на крупных мероприятиях — у нас сейчас много маленьких — в частности проведём Edison business camp.

Ешё одна цель — выйти в онлайн. Потому что привязка к помещению физически ограничивает нас в количестве участников мероприятий, в выборе спикеров, во времени проведения мероприятий. Онлайн даст нам бесконечное количество «посетителей» и бесконечное количество потенциальных спикеров.

Ещё у наших резидентов и потенциальных резидентов есть запрос на отдельные кабинеты, на возможность работать за закрытой дверью. Была одна комната за закрытой дверью, но её арендовала компания UBER. Опен-спейс мы делить не будем — для его сохранение принципиально важно.

— Компания Automattic, создатели «движка» для сайтов WordPress, в июне закрыла свой офис в Сан-Франциско, потому что в него никто не ходил. Офис огромный, безусловно современный и больше похожий не на традиционный офис, а на коворкинг, бесплатный для сотрудников. Ничего из этого не помогло: люди работали из дома и кафе. Тревожный сигнал для коворкингов? Куда они «двигаются» во всём мире? Или они они ещё не выработали свой ресурс?

— Я думаю, в Украине точно этот ресурс не исчерпан. Прогнозирую, что в Запорожье ещё будут открываться новые коворкинги — и мы к этому готовы. Потому что всё больше становится людей, которые работают сами на себя, соответственно будет спрос на то, чтобы работать где-то подальше от, условно говоря, «кота и холодильника».

Чтобы победить в этой конкуренции нужно давать качественный продукт, приносить пользу и предлагать какие-то «фишки». В нашем коворкинге главное — сообщество, среда, которая помогает зарабатывать и развиваться. Я уверена, что в будущем коворкинг будут выбирать в первую очередь исходя из того, с кем там можно будет работать рядом, знакомиться и общаться.

Be the first to comment

Leave a Reply

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*